Дорожные работы

Над Флоридой разверзлись небеса. Дождь хлещет, будто настало время отводить в ковчег последнюю пару божьих тварей. Февраль 1979 года выдался по-ветхозаветному суровым - все Восточное побережье занесло пургой, так что и входную дверь не открыть. Донни Эллисон, вечно прищуренный 40-летний мужчина, выглядящий старше своих лет (сигареты без фильтра? жареное мясо? гоночный шлем?), наблюдает из окна отеля, как гнутся пальмы на пляже, приговаривая: «Это не очень хорошо». Донни ни разу не побеждал в Дейтоне.

Дождь стихает и трасса успевает немного подсохнуть, когда машины появляются на стартовой решетке. Гонку нельзя было перенести из-за дождя - Си-би-эс впервые в истории вела прямую трансляцию на всю страну. Из-за снегопадов американцы не смогли добраться даже до церквей - и репортаж из Дейтона должен заменить им всю воскресную программу.

NASCAR - самый семейный вид спорта на свете, особенно тогда, в 70-е: у каждого в гонках либо брат, либо сын. Все это напоминает родео, метание тыкв и прочие грубоватые развлечения южан; на гонках рекламируют бурбон и «насыщенный вкус сигарет», и все на трибунах любят «Алабамскую банду» - Реда Фэрмера, который родом из такой глуши, что не знает, в каком году появился на свет, и братьев Эллисонов.

«Из тебя никогда не получится гонщик», - сказал однажды Бобби Эллисон, когда они еще жили в огромном родительском доме в Майами. Сейчас, спустя 20 лет, машина Эллисона-старшего на старте стояла на два ряда дальше. Может, Бобби и известнее - в конце концов, он участвовал во всех гонках сезона, а Донни выбирал лишь самые быстрые, поскольку дел у него хватало: родительская ферма, автосалон, ремонт гоночных машин.

На 32-м круге Кейл Ярборо задел машину Бобби, тот подрезал брата - и все трое вылетели в раскисшую траву. Оранжевый «Олдсмобиль» Донни, отчаянно рискуя, вернул себе лидерство к 108-му кругу из 200. Кейл шел прямо за ним. На последнем круге Ярлборо решил атаковать, Донни закрыл ему поворот, но упрямый южанин не уступил и вошел в контакт с бампером Эллисона. Пытаясь вернуть машины на трассу, оба столкнулись еще трижды, пока окончательно не вылетели на обочину.

Донни и Кейл вылезли из машин и начали осыпать друг друга отборной бранью. Вскоре рядом остановился Бобби, отставший на круг. Кейл набросился и на него, выкрикнул, что тот испортил ему гонку еще в начале, и ударил шлемом по лицу. Донни немедленно вступился за брата, но тот и сам мигом встал и хорошенько врезал Кейлу по носу.

Столкновение на трассе и драка гонщиков Донни Элисона и Кейла Ярборо (1979 г.).

Миллионы зрителей, многие из которых впервые увидели NASCAR, в восторге следили за потасовкой. Авария и драка на финишном круге попали на первые полосы, гонку обсуждали в курилках и у офисных кулеров. Прибыли гоночной серии стали астрономическими, а гонщики начали получать миллионы.

Донни, впрочем, мало что достанется от этих денег. Через два года он попадет в аварию - восемь переломов - и закончит с гонками. Затем Бобби проломит себе череп на скорости 200 км/ч и еле выживет в 1988-м. Клиффорд, сын Бобби, разобьется насмерть во время практики. Дэйви, брат Клиффорда, погибнет, подлетая на вертолете к трассе, - с ним вместе потерпит крушение и старина Ред. Погибнет за рулем Нил Боннетт, алабамский ученик Донни; Дэйл Эрнхардт, друг Донни, разобьется в прямом эфире на той самой трассе в Дейтоне, и лишь его зять Хат избежит такой участи (впрочем, он был самым бездарным гонщиком в «Алабамской банде»).

Старики с ноющими от старых ран костями - вот кем станут выжившие, когда грубоватый южный NASCAR уйдет в прошлое вместе с сигаретами без фильтра. Новые гонщики будут погибать реже, улыбаться белее и ездить быстрее - но, черт побери, всегда кто-то да выигрывает, а въехать на оранжевом «Олдсмобиле» прямиком в историю может лишь гонщик от бога. В нынешние времена не делают ни «Олдсмобилей», ни таких, как Донни Эллисон.








>> В Петербурге не наблюдается масштабного уличного празднования чемпионства Зенита >> Владимир Стогниенко: С 1 сентября Россия 2 прекратит существование. Каким будет новый канал, никто не представляет >> Вернблума обрадовали пустеющие трибуны